Экономисты всё больше сползают в сторону пиара. Даже при том, что я не слежу за новостями, а на информационный сайт попадаю, если, забыв сменить раскладку, в адресной строке браузера печатаю не латинскими буквами, — таки нарвался вчера на два заголовка:

• Италия обанкротится через сто дней.
• Грецию выгоняют из Евросоюза.

Эрудированные люди наверняка заметят непреднамеренный юмор в первом случае. Слово «банкротство» — родом из Италии. Так называлось действие, совершаемое собирателями налогов по отношению к торговцу, который не мог заплатить дань. Торговца не били (то есть такие случаи могли иметь место, но к банкротству не имели отношения), а вот его прилавок разбивали палками в щепки. Сей процесс и назывался банкротством. [Читать далее…]

Без слова «капитализация» не обходится ни один выпуск экономических новостей. С капитализацией происходят, тем не менее, всего две вещи: она либо растёт, либо падает. Больше с нею ничего не случается.

Среди самых умных экономистов принято считать, что капитализация – это нечто сродни стоимости компании. Больше капитализация – компания стоит дороже, меньше капитализация – компания теряет в цене.

От чего же зависит капитализация компании? Как ни удивительно, но капитализация определяется одним-единственным фактором: стоимостью акций компании на бирже, где эти акции торгуются. Если сегодня акции активно покупаются – капитализация компании растёт. Если покупаются не так активно – капитализация падает вместе с топ-манагерами компании, которые массово вываливаются из окон.

При этом, что ещё более странно, компания после размещения акций (IPO) на бирже по сути не имеет к этим акциям никакого отношения. Максимум, что возможно – скупить свои же акции обратно (что иногда и происходит). А так, в свободном плавании, акции компании не имеют к ней никакого отношения. Акции далеко не всегда сопровождаются дивидендами. Зато всегда являются предметом купли-продажи. Собственно, ничего другого с акциями не происходит.

Цена же акций определяется т.н. «инвесторами», то есть спекулянтами, но поскольку «спекулянт» – погоняло весьма позорное, то спекулянты называют себя инвесторами (хотя в жизни ничего никуда не инвестируют). «Инвестор» звучит красиво и не так погано, поскольку непонятно – то есть умно. Инвесторы буднично всучивают друг другу эти самые акции, придумывая поводы, по которым эти акции якобы должны стоить дороже, чем вчера (фирменная фишка «быков»)  – или дешевле (фирменная фишка «медведей»). Поводы самые разные – от очередного пророчества о конце света в газете «мухосранские ведомости» до перееханного джипом хомячка на Гаити. Поскольку инвесторов в мире – как дерьма собачьего, всегда есть желающие втюхать, развести, обуть и кинуть. Без лоха и жизнь плоха.

От круговорота акций, падений и роста компания-эмитент на деле ничего не получает и не теряет. Что случится с нефтяными вышками, платными дорогами, сборочными цехами из-за упавших цен на акции? Ничего. Вышки не упадут, нефть не иссякнет, сборочные цеха не будут разбомблены, машины с дорог не исчезнут. То есть шумиха на биржах к реальной экономике не имеет никакого отношения и никак не влияет. Даже если завтра каждая акция Apple будет стоить ровно миллиард долларов, корпорация с этого ничего не получит. Ну не покупать же у самой себя акции по миллиарду за штуку. Осмелюсь предположить, что сам Стив Джобс ничего не получит от внезапного подорожания акций.

Тем не менее, когда аналитики от экономики упавшими голосами говорят «капитализация Газпрома упала на десять миллиардов», у них на лицах написано – бедняга Миллер, кранты гиганту, а Европа вообще завтра без газа останется. Вся.

Снижение капитализации не может причинить компании никакого финансового вреда. Только имиджевый. Ведь все экономисты знают, что падение капитализации – это плохо. Не знают, правда, почему, но плохо. Поэтому в новостях всегда сокрушаются и строят умопомрачительные прогнозы, глядя на красные треугольнички в таблице итогов дневных торгов. Вот Apple выпустил iPhone 4s – инвесторы разочаровались, что не пятый – акции посыпались, капитализация корпорации упала. Однако послушно ведомые маркетингом рабы понтов косяками ломятся за новыми цацками, наращивая прибыль законодателя моды. Вопреки мнению инвесторов.